Sinica
маленькая повесть

В конце ноября Ирка сказала Баринову, что устроила ему фатумолога. Они сидели в кухне за ужином и собирались жениться. Собственно, жениться они собирались уже месяца три, но тут Ирка сказала, что для очистки совести все-таки обязательно надо фатумолога.

Этих новых людей Баринов не любил. Иркина одноклассница, которая пошла к одному такому, узнала от него, что если она весь месяц будет носить зеленое, то двадцать пятого ей придет вызов из Парижа. Вместо этого весь их отдел услали на поля в Бородино убирать картошку, и слышно было до рассвета, как ликовал француз.

Фатумологи появились недавно, и чем они занимались, толком не знал никто. Интервью с одним было в «Вечерке», но оно состояло из сплошных недоговоренностей. В заключение фатумолог пообещал всем желающим определить по абзацу текста, переписанного от руки, насколько они следуют своему предназначению. Один приятель Баринова, увлекавшийся последовательно йогой, христианством, буддизмом и каратэ, послал абзац из Золя, и ему ответили, что у него больное воображение и страсть к грязным подробностям, но детали выдают способности к программированию.

— Ирка,— сказал Баринов,— что за чушь!

Ирка обиделась,— она легко обижалась.

— Ну пусть чушь,— сказала она.— Ну тебе трудно?

— Да мне для тебя, девочка, ничего нетрудно, но к чему? Я бы лучше чего-нибудь сочинил, все деньги.

— Андрей, это очень хороший специалист. Я его с большим трудом достала.

— Доставала и молчала?

— К нему же очередь огромная. Он принимает раз в неделю.

— В дни полного затмения.

— Дурак ты! Если хочешь знать, он на Западе печатался.

— Ну и я на Западе печатался, хочешь, я тебе предскажу, что завтра ты не менее двух раз пойдешь в сортир?

— Очень смешно,— сказала Ирка и стала мыть посуду. Баринов оставил недопитый чай и подошел к ней сзади.

— Ты дитя мое!— оказал он проникновенно.— Когда у него этот приемный день?

— В среду.

— Ладно,— сказал Баринов.— Может быть, я у него интервьюху возьму, он прославится и сам мне приплатит. Сколько оне берут?

Ирка назвала некоторую сумму. Баринов свистнул.

— Я сама дам,— поспешно добавила Ирка.— Я все понимаю, но вдруг, Андрей? Вдруг?

— Оч-чень хорошо,— произнес Баринов и потянулся.— Будем считать, что я к нему пошел, и он сказал, что мы категорически несовместимы, и сын наш развяжет третью мировую войну. Что тогда?

Ирка хихикнула и мокрой рукой щелкнула Баринова по носу.

— Тогда,— сказала она,— я три раза проскачу вокруг тебя на одной ноге и подарю тебе «Сникерс».

— Обязательно,— сказал Баринов.— Молоко, орехи и тооооолстый слой шоколада. Съел — и порядок.

— Да,— вспомнила Ирка.— Главное. Никому ни слова, и никаких интервью.

— Это его условие?

— Нет. Мое. Но он серьезный специалист и вообще. Можешь считать, что это грубое суеверие и моя темнота.

— Так и запишем,— ответил Баринов.— Кончай с посудой, и пошли спать. Какое счастье — спать вдвоем. Если он скажет, что мне больше подходят блондинки, я заведу любовницу, рыжую, как хурма.

Дальше, по обыкновению, все было прекрасно.

Целиком здесь: www.limonow.de/myfavorites/DB_HONORAR.html

@темы: книги, быков